Агарков Николай Михайлович — д-р мед. наук, профессор, профессор кафедры биомедицинской инженерии, ФГБОУ ВО «ЮЗГУ»; научный сотрудник, ФГАУ НМИЦ «МНТК "Микрохирургия глаза" им. акад. С.Н. Федорова», Тамбовский филиал; профессор кафедры пропедевтики внутренних болезней и клинических информационных технологий, старший научный сотрудник лаборатории «Проблемы старения», ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет».
ул. 50 лет Октября, д. 94, Курск, 305040; Рассказовское шоссе, д. 1, Тамбов, 392000; ул. Победы, д. 85, Белгород, 308015
Nikolay M. Agarkov — Dr. of Med. Sci., professor, professor of chair of biomedical engineering, Soutwest State University; researcher, S.N. Fedorov Tambov National medical research center “MNTK Eye Microsurgery”; professor of chair of propaedeutics of internal diseases and clinical information technologies, senior researcher, laboratory “Problems of aging”, Belgorod State National Research University.
94, 50 years of October St., Kursk, 305040; 1, Rasskazovskoe highway, Tambov, 392000; 85, Pobedy Ave., Belgorod, 308015
Копылов Андрей Евгеньевич — канд. мед. наук, заведующий отделением лазерного центра.
Рассказовское шоссе, д. 1, Тамбов, 392000
Andrey E. Kopylov — Cand. of Med. Sci., head of the department of the laser center.
1, Rasskazovskoe highway, Tambov, 392000
Башук Виктория Владимировна — д-р мед. наук, доцент, профессор кафедры госпитальной хирургии.
ул. Победы, д. 85, Белгород, 308015
Victoria V. Bashuk — Dr. of Med. Sci., associate professor, professor of chair of hospital surgery.
85, Pobedy Ave., Belgorod, 308015
Курзин Максим Леонидович — врач-офтальмолог 1-го отделения.
Рассказовское шоссе, д. 1, Тамбов, 392000
Maxim L. Kurzin — ophthalmologist of the Ist department.
1, Rasskazovskoe highway, Tambov, 392000
Титов Антон Андреевич — студент кафедры биомедицинской инженерии.
ул. 50 лет Октября, д. 94, Курск, 305040
Anton A. Titov — student of chair of biomedical engineering.
94, 50 years of October St., Kursk, 305040
Нарушение зрения существенно уменьшает двигательную активность пожилых пациентов, что в значительной степени способствует развитию саркопенического ожирения. Однако нарушение зрения в качестве фактора риска саркопенического ожирения ранее не рассматривалось. Цель работы — изучение ассоциации нарушения зрения с саркопеническим ожирением. Материал и методы. Распространенность саркопенического ожирения изучена среди 315 пациентов пожилого возраста с первичной глаукомой и катарактой, диагностированных с учетом национальных критериев. Саркопеническое ожирение выявлялось на основании рекомендаций, предложенных Европейской рабочей группой — European working group on sarcopenia in older people (EWGSOP2, 2018). Результаты. Установлена различная распространенность саркопенического ожирения в зависимости от остроты зрения без коррекции на худшем глазу с максимумом 59,37 ± 3,18 % случаев при остроте зрения без коррекции 0,20–0,30. Высокая распространенность саркопенического ожирения у пациентов с первичной глаукомой и катарактой выявлена также при остроте зрения без коррекции, равной 0,31–0,40, составившая 22,85 ± 2,06 % случаев, что в 2,59 раза ниже, чем при остроте зрения 0,20–0,30. Низкая и практически эквивалентная распространенность саркопенического ожирения выявлена среди обследованных с остротой зрения без коррекции 0,41–0,50 и 0,51–0,60. Факторный анализ подтвердил высокую и достоверную ассоциацию саркопенического ожирения только с остротой зрения без коррекции на худшем глазу 0,20–0,30 и 0,31–0,40. Заключение. Нарушение зрения выступает значимым фактором риска саркопенического ожирения.
Visual impairment significantly reduces physical activity in elderly patients, which significantly contributes to the development of sarcopenic obesity. However, visual impairment has not previously been considered as a risk factor for sarcopenic obesity. Purpose: to study the association of visual impairment with sarcopenic obesity. Material and methods. The prevalence of sarcopenic obesity was studied among 315 elderly patients with primary glaucoma and cataracts, diagnosed according to national criteria through a comprehensive ophthalmological examination. Sarcopenic obesity was identified based on recommendations proposed by the European Working Group on sarcopenia in older people (EWGSOP2, 2018). Results. The prevalence of sarcopenic obesity varied depending on the uncorrected visual acuity in the worse eye, with a maximum of 59.37 ± 3.18 % of cases with uncorrected visual acuity of 0.20–0.30. A high prevalence of sarcopenic obesity in patients with primary glaucoma and cataract was also revealed with uncorrected visual acuity of 0.31–0.40, amounting to 22.85 ± 2.06 % of cases, which is 2.59 times lower than with visual acuity of 0.20–0.30. A low and almost equivalent prevalence of sarcopenic obesity was found among those examined with visual acuity without correction of 0,41–0,50 and 0,51–0,60. Factor analysis confirmed a high and reliable association sarcopenic obesity only with visual acuity without correction in the worst eye of 0,20–0,30 and 0,31–0,40. Conclusion. Visual impairment is a significant risk factor for sarcopenic obesity.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.