Владимир Николаевич Трубилин — д-р мед. наук, профессор, заведующий кафедрой офтальмологии.
Волоколамское шоссе, 91, Москва, 125371
Vladimir N. Trubilin — Dr. of Med. Sci., professor, head of chair of ophthalmology.
91, Volokolamskoye highway, Moscow, 125371
Сергей Николаевич Светозарский — канд. мед. наук, ассистент кафедры глазных болезней Приволжский ИМУ, врач-офтальмолог отделения офтальмологии Приволжский ОМЦ.
10/1, Нижний Новгород, 603005; Нижневолжская наб., 2, Нижний Новгород, 603001
Sergey N. Svetozarsky — Cand. of Med. Sci., assistant of chair of eye diseases Privolzhsky RMU, ophthalmologist Volga DMC of FMBA of Russia.
10/1, Minina and Pozharsky Square, Nizhny Novgorod, 603005; 2, Nizhne-Volzhskaya nab., Nizhny Novgorod, 603001
Андрей Николаевич Андреев — заведующий отделением офтальмологии.
Нижневолжская наб., 2, Нижний Новгород, 603001
Andrey N. Andreev — head of ophthalmology department.
2, Nizhne-Volzhskaya nab., Nizhny Novgorod, 603001
Послеоперационное наблюдение является важным элементом системы обеспечения безопасности и удовлетворенности пациентов с катарактой. Существующие подходы к регламентации сроков визитов не позволяют в полной мере реализовать стратегию раннего выявления послеоперационных осложнений, что требует поиска новых решений и комплексной оценки их результативности.
Цель работы — повышение безопасности хирургического лечения катаракты на основе оптимизации сроков послеоперационного наблюдения.
Материал и методы. Сравнительное исследование включало 1951 пациента основной группы и 2436 пациентов группы контроля, прооперированных по поводу катаракты. В контрольной группе обследование назначалось в регламентированные Клиническими рекомендациями сроки на 1-е, 7-е, 28-е сутки после вмешательства. В основной группе второй визит осуществляли на 3-и сутки после операции. Критерием эффективности режимов наблюдения было раннее выявление послеоперационных осложнений. Дополнительным критерием эффективности являлась острота зрения после факоэмульсификации катаракты (ФЭК).
Результаты. Клинико-функциональные результаты в обеих группах не различались по параметрам остроты зрения и внутриглазного давления до и после факоэмульсификации катаракты (р > 0,05), демонстрируя достижение максимальной корригированной остроты зрения (МКОЗ) 0,9 ± 0,2 к 7-м суткам после вмешательства. Осмотр на 3-и сутки после операции значимо повысил вероятность раннего выявления острого послеоперационного эндофтальмита (р = 0,018). В исходе лечения эндофтальмита пациенты основной группы имели МКОЗ ³ 0,3, пациенты контрольной группы £ 0,2.
Заключение. Оптимизация режима мониторинга пациентов после ФЭК включает смещение срока осмотра с 7-х на 3-и сутки после вмешательства, что обеспечивает статистически значимое снижение рисков поздней (более одних суток от манифестации) диагностики и улучшает исходы лечения острого послеоперационного эндофтальмита, повышая безопасность хирургического лечения катаракты.
Postoperative follow-up is an important element of the system for ensuring the safety and satisfaction of cataract patients. Existing approaches to the regulation of follow-up time do not allow to fully implement the strategy of early detection of postoperative complications, which requires the search for new solutions and complex evaluation of their effectiveness.
Purpose: to improve the safety of cataract surgery by optimizing the postoperative follow-up.
Materials and methods. A comparative cohort study in 2 groups of patients undergoing cataract surgery included 1951 patients in the main group and 2436 patients in the control group. In the control group of patients, the examination was scheduled within the terms regulated by the clinical recommendations on the 1st, 7rd, 28th day after the intervention. In the main group of patients, the second visit was scheduled on the 3rd day after surgery. The main outcome for assessing the efficacy of the follow-up regimens was the early detection of postoperative complications. Additional efficacy criteria were the visual acuity values after cataract phacoemulsification compared to the control group.
Results. Clinical and functional outcomes in both groups did not differ with respect to visual acuity and intraocular pressure parameters before and after surgery (p > 0.05), demonstrating the achievement of a best corrected visual acuity (BCVA) of 0.9 ± 0.2 at 7 days after surgery. A visit at 3 days postoperatively significantly increased the probability of early detection of acute postoperative endophthalmitis (p = 0.018). As a result of endophthalmitis treatment, patients in the main group had an BCVA ³ 0.3, patients in the control group £ 0.2.
Conclusions. Optimization of the monitoring regime of patients after surgery includes shifting the examination period from 7 to 3 days after the procedure, which provides a statistically significant reduction of the risks of late diagnosis (more than 1 day after manifestation) and improves the results of acute postoperative endophthalmitis treatment, thus increasing the safety of cataract surgery.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.