Федосеева Елена Викторовна — врач-офтальмолог, соискатель отдела травматологии.
ул. Садовая-Черногрязская, д. 14/19, Москва, 105062.
Elena V. Fedoseeva — ophthalmologist, PhD student, department of traumatology.
14/19, Sadovaya-Chernogryazskaya St., Moscow, 105062.
Ченцова Екатерина Валериановна — доктор медицинских наук, профессор, руководитель отдела травматологии.
ул. Садовая-Черногрязская, д. 14/19, Москва, 105062.
Ekaterina V. Chentsova — Dr. of Med. Sci., professor, head of the department of traumatology.
14/19, Sadovaya-Chernogryazskaya St., Moscow, 105062.
Боровкова Наталья Валерьевна — доктор медицинских наук, заведующая лабораторией трансплантации клеток и иммунотипирования.
Большая Сухаревская пл., д. 3, Москва, 129090.
Natalia V. Borovkova — Dr. of Med. Sci., head of the laboratory of cell transplantation and immunotyping.
3, Bolshaya Sukharevskaya pl., Moscow, 129090.
Пономарев Иван Николаевич— кандидат медицинских наук, хирург, научный сотрудник лаборатории трансплантации клеток и иммунотипирования.
Большая Сухаревская пл., д. 3, Москва, 129090.
Ivan N. Ponomarev — Cand. of Med. Sci., surgeon, researcher, laboratory of cell transplantation and immunotyping.
3, Bolshaya Sukharevskaya pl., Moscow, 129090.
Власова Виктория Александровна — офтальмохирург, научный сотрудник отдела травматологии.
ул. Садовая-Черногрязская, д. 14/19, Москва, 105062.
Viktorija A. Vlasova — ophthalmic surgeon, researcher, department of traumatology.
14/19, Sadovaya-Chernogryazskaya St., Moscow, 105062.
Павленко Юрий Александрович — аспирант отдела пластической хирургии и глазного протезирования.
ул. Садовая-Черногрязская, д. 14/19, Москва, 105062.
Yuri A. Pavlenko — PhD student, department of plastic surgery and eye prosthetics.
14/19, Sadovaya-Chernogryazskaya St., Moscow, 105062.
Цель работы — изучить эффективность применения тромбофибринового сгустка богатой тромбоцитами плазмы (БоТП) у пациентов с язвами роговицы. Материал и методы. В отделе травматологии и реконструктивной хирургии НМИЦ ГБ им. Гельмгольца для лечения 20 пациентов в возрасте от 22 до 82 лет с язвами роговицы воспалительного и ожогового генеза глубиной более 100 мкм применяли покрытие тромбофибриновым сгустком БоТП аутологичной крови. До начала исследования все пациенты получали стандартное лечение в течение 2 нед — 3 мес, в том числе многократное покрытие амниотической мембраной, без эффекта. Тромбофибриновый сгусток изготавливали на базе научного отделения биотехнологий и трансфузиологии НИИ СП им. Н.В. Склифосовского. Полученный сгусток укладывали на поверхность роговицы, затем сверху покрывали амниотической мембраной. Мембрану фиксировали к эписклере по границе лимба циркулярным швом, затем производили инъекции аутологичной сыворотки по лимбу в 4 квадрантах и выполняли временную латеральную блефарорафию. Результаты. На 2-е сутки после вмешательства пациенты отмечали снижение слезотечения и болезненных ощущений в оперированном глазу. Глубина язвы роговицы по данным оптической когерентной томографии у всех пациентов на момент начала исследования в среднем составляла 129 ± 28,5 мкм. На 5-е сутки глубина уменьшилась в среднем до 71 ± 32,6 мкм, на 10-е сутки — до 23,3 ± 15,1 мкм. У 7 (35%) пациентов отмечено полное заживление дефекта на 15-е сутки, у 9 (45%) пациентов — с 16-х по 20-е сутки. Заживление язвы с полной эпителизацией наблюдалось в среднем на 15-е сутки. У 4 (20%) пациентов с последствиями тяжелого ожога не удалось добиться заживления язвы вследствие обширного повреждения лимбальной зоны. Заключение. Применение тромбофибринового сгустка БоТП в сочетании с трансплантацией амниотической мембраны позволяет достигнуть стойкого и достаточно быстрого заживления язв роговицы разного генеза. Однако данный метод малоэффективен у пациентов с лимбально-клеточной недостаточностью, при тяжелых ожогах и обширном поражении лимбальной зоны. В таких случаях необходимо применение более радикальных хирургических методов: трансплантации буккальных или лимбальных клеток, аллолимбальной трансплантации.
Purpose: to study the effectiveness of the use of thrombofibrin clot of platelet-rich plasma (PRP) in patients with corneal ulcers. Material and methods. A clinical study, conducted by the Department of Traumatology and Reconstructive Surgery of Helmholtz National Medical Research Center of Eye Diseases, involved 20 patients, aged from 22 to 82, with corneal ulcers of inflammatory and burn genesis more than 100 microns deep. All patients got coated with a thrombofibrin PRP clot from autologous blood. Prior to the study, all patients received standard treatment for 2 weeks to 3 months, including multiple amniotic membrane coating, with no effect. The thrombofibrin clot was produced by the Scientific Department of Biotechnology and Transfusiology of the N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine. The ready clot was placed on the surface of the cornea and covered with an amniotic membrane. The membrane was fixed to the episclera along the border of the limb with a circular suture, whereupon autologous serum was injected along the limb in 4 quadrants, to be followed by temporary lateral blepharography. Results. On the 2nd day following the procedure, the patients noted a decrease in lacrimation and pain in the operated eye. As shown by optical coherence tomography, the average depth of the corneal ulcer at the beginning of the study in all patients was 129 ± 28.5 microns. On the 5th day, the depth lowered to an average of 71 ± 32.6 microns, and on the 10th day, to 23.3 ± 15.1 microns. In 7 patients (35%), complete healing of the defect was observed on the 15th day, while in 9 patients (45%) it was stated between the 16th and the 20th day. Thus, the average time of healing of the ulcer with complete epithelization occurred was 15 days. In four patients with the consequences of severe burns (20%), the ulcer did not heal due to extensive damage to the limbal zone. Conclusion. The use of a thrombofibrin PRP clot in combination with amniotic membrane transplantation allows achieving a stable and fairly rapid healing of corneal ulcers of various origins. However, this method is ineffective in patients with limbal cell insufficiency, severe burns and extensive damage to the limbal zone. In such cases, it is advisable to use more radical surgical methods, such as buccal or limbal cell transplantation, or allolimbal transplantation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.